«С ростовским подходом» - интервью с директором Ростовского научно-исследовательского онкологического института Олегом Ивановичем Китом

25.01.2017

«Медицинская газета»,  Москва, 20 января 2017 г.

C РОСТОВСКИМ ПОДХОДОМ

В онкологическом институте многим больным подарили вторую жизнь
Ростовский научно-исследовательский онкологический институт Минздрава России – одно из ведущих специализированных учреждений нашей страны. Это особенно чётко понимаешь, когда детально знакомишься с его работой. В каждом отделении есть, о чём рассказать профессиональной газете. Врачи института ежедневно сталкиваются с тяжёлыми формами рака, очень часто выходя победителями в борьбе со злокачественными образованиями. В своём служении на благо человека они используют современное оборудование, передовые технологии, проявляют настоящий профессионализм. А мастерство опирается и формируется не только благодаря постоянному повышению квалификации, но и опыту, традициям, заложенным предшественниками. В ушедшем году РНИОИ отметил 85-летие. Знаковым событием 2016 г. стало и присуждение премии в области науки и техники Правительства РФ директору РНИОИ члену-корреспонденту РАН Олегу КИТУ. Сегодня специальный корреспондент «МГ» Алексей ПАПЫРИН беседует с ним о том, чем запомнился юбилейный год, о достижениях и проблемах онкологии, планах на 2017 г.

1.jpg

- Олег Иванович, этот год, можно сказать, стал историческим для Ростовского научно– исследовательского онкологического института. Одно из ярких событий - Второй онкологический форум юга России, посвященный 85-летию РНИОИ...

- Да, это не единственное, но, пожалуй, самое заметное научное мероприятие. Оно было организовано Ассоциацией онкологов России и Ростовским онкоинститутом при поддержке Минздрава России и собрало более 700 специалистов со всей страны. Конечно, касалось, прежде всего, вопросов использования в стране прогрессивных методик и стандартов в онкологии. Совещание главных онкологов проиллюстрировало состояние онкологической службы на юге России, проанализировало, каким должно быть адекватное финансирование, чтобы обеспечить выполнение клинических протоколов и порядков.

- Вы возглавили РНИОИ шесть лет назад. С Вашим приходом началась серьезная модернизация научной деятельности, обновление материально-технической базы, внедрение новых высокотехнологичных методов лечения. Только в юбилейный год внушителен перечень нового оборудования (ускоритель «Новалис», ангиограф, новый нейрохирургический блок, лаборатория культуры клеток), запущенного в этом году в работу…

   - Это закономерный итог, что 2016 стал таким насыщенным.  В предыдущие годы мы накапливали опыт, материальные ресурсы. А серьезным толчком являлась поддержка со стороны Минздрава России,  выделившего дополнительные ресурсы для развития института. Но без каждодневного кропотливого труда каждого сотрудника от санитарок до ведущих специалистов мы бы не сумели осуществить такие крупные проекты.  

 - Как вы оцениваете клинические результаты новых технологий?

- В прошлом году мы провели полную реконструкцию отделения нейроонкологии. Мы открыли новый нейрохирургический блок с двумя операционными, системой контроля температуры, влажности и стерильности, собственной палатой интенсивной терапии и помещениями для обработки инструментов. Это без преувеличения уникальное оснащение, такого на юге России пока нет. За два дня Онкологического форума нейрохирурги из других центров высоко оценили новые возможности института.  В этом отделении внедрено все лучшее, что существует в мире для лечения больных с опухолями головного и спинного мозга. Соответственно и результаты лечения на уровне мировых стандартов.

2.JPG

     С 2016 г. активно используется стереотаксическая радиохирургия опухолей головного мозга. Мы установили ускоритель «Новалис» мощностью 20 МВ, позволяющий проводить высокоточное облучение опухолей различной локализации и прежде всего головного мозга. Теперь в отделении радиологии  два ускорителя, аппаратура для брахитерапии, контактной, внутриполостной лучевой терапии. То есть весь комплекс аппаратов, который применяется сегодня в онкологии. Однако нельзя каждый из этих аппаратов рассматривать отдельно, они работают вместе, комплексно и это дает максимальный эффект.

3.JPG

       В юбилейном году мы внедрили гипертермическую химиоперфузию при запущенных опухолях как элемент циторедуктивного вмешательства. При запущенных стадиях рака органов брюшной полости (колоректальный рак, желудка, яичников, аппендикса, печени, первичный брюшины) злокачественная опухоль может распространяться по брюшине. В этом случае после операции в организме могут оставаться микроскопические злокачественные клетки. Они способны крепиться к сосудам, крови, лимфе, тканям любого органа, стать причиной рецидива заболевания и привести к летальному исходу.  Избавится от них не позволяет даже постоперационная химиотерапия. Внутрибрюшинная гипертермическая химиоперфузия помогает решить проблему.

    Среди крайне востребованного оборудования - новый ангиограф. Он позволил проводить эндоваскулярные вмешательства, операции по обеспечению сосудистого доступа. Наши хирурги широко применяют его в онкогинекологии, при операциях на печени, для остановки кровотечений, химиоэмболизации. Чтобы функционировало целое направление нужен не только ангиограф, но и специалисты.

      В планах – установить в институте протонный ускоритель. Да, это пока только планы, которые очень трудно реализовать на практике. Но возможности протонной терапии заставляют думать об этом. Мы должны постоянно стремиться к большему, внедрять достижения инженерной мысли.  

    И все же онкология - огромная область. Подключение одного метода не всегда может повлиять на результаты лечения в целом. В зависимости от вида опухоли, от того, какой орган поражен злокачественными клетками, какова их гистологическая структура. Молекулярный портрет опухоли диктует, почему выбирается тот или иной алгоритм лечения. Если необходимо, мы подключаем хирургию, лучевую и химиотерапию.  Назначаем таргетные препараты. Но эффект лечения зависит от многих факторов. Поэтому чем больше методов может применить на практике онколог, тем больше шансов спасти или вылечить конкретного больного.

    - Следующий вопрос к Вам как к много оперирующему хирургу. Современная медицина ориентирована на выполнение вмешательств с предельно малым ущербом для организма. Как удается хирургам института достигать высот в столь сложной специализации?

    - В своей ежедневной практике мы следуем опыту наиболее успешных онкологических клиник мира. У нас за плечами собственная 85-летняя история онкохирургии, которая прошла все этапы развития технического и прикладного оснащения. Но в последние годы за очень короткий срок мы полностью изменили идеологию хирургии, включая предоперационный и постоперационный периоды. Используя наиболее эффективные методы диссекции и гемостаза, мы выполняем операции гораздо быстрее, с минимальной кровопотерей. Наши операционные оснащены водоструйными диссекторами, энергетическими платформами и комплексами  для ультразвуковой хирургии. Резекционные вмешательства на паренхиматозных органах проводим фактически бескровно. Это позволяет выполнять обширные вмешательства на печени у детей до 1 года жизни. Что касается колоректальной хирургии… Лапароскопический доступ вкупе с энергетической хирургией создают возможность резекции в пределах анатомических слоев, фасций, сохраняя анатомическую целостность и способствуя максимально качественной лимфаденэктомии.

   Благодаря этому мы обеспечиваем раннее восстановление -  через 24 часа после операции пациент уже может ходить. И мы возвращаем качество жизни. А лучшая визуализация в ходе лапароскопических вмешательств способствует бережному отношению к тканям и органам.

4.JPG

   - Побывав в отделениях РНИОИ, могу утверждать, что институт совершил настоящий прорыв в детской онкохирургии…

    -  Мы, действительно, стали больше оперировать детей. Это связано не только с тем, что число больных детей за последние годы увеличилось. Но и с нашими возросшими техническими возможностями. С тем, что хирурги накопили колоссальный опыт проведения тяжелых травматичных операций на печени, поджелудочной железе, удалении забрюшинных опухолей. Они стали этап за этапом брать на лечение сложные случаи, когда в помощи нуждались дети. В результате удалось прооперировать немало маленьких пациентов, которым еще 3 года назад мы отказывали в проведении лечения. При этом хирурги выполняют буквально филигранные вмешательства. Но прежде, такие дети нуждаются в проведении многокурсовой химиотерапии, чтобы опухоль «пришла» в резектабельное состояние.

       - Снижение смертности от рака зависит не в последнюю очередь от качества работы онкологической службы в регионах. Как строится взаимодействие Ростовского онкоинститута с территориями?

    - Институт курирует два федеральных округа: Южный и Северо-Кавказский. Вместе - это огромная по площади и населению территория.  Наши сотрудники активно выезжают в командировки, помогают региональным диспансерам активизировать работу местной онкологической службы. К нам направляют на лечения больных с самыми тяжелыми формами заболеваний. Отмечу, что оперироваться, пройти курсы лучевой или химиотерапии к нам приезжают, в том числе и больные, проживающие в регионах Центральной России. А если посмотреть отчетность, то выяснится, что в РНИОИ за прошедший год госпитализировали больных из 82 субъектов РФ. Не удивляйтесь, но к нам приезжают и москвичи на лечение. Я  это связываю с успешностью применяемых в институте методов диагностики и лечения.

    - Какие инновационные технологие начали применять в институте в последние несколько лет?

   - У нас успешно применяется нейроонкологические вмешательства с применением нейронавигационной станции, выполняются стереотаксические биопсии любой сложности, микрохирургическая флюороскопическая диагностика контроля радикальности удаления опухолей головного мозга. Мы имплантируем помпы против болевого и спастического синдромов. Специалисты  РНИОИ успешно проводят высокотехнологичное эндопротезирование в онкоурологии и в онкоортопедии. Нами освоена фотодинамическая терапия при внутрипросветных опухолях желудочно-кишечного тракта, органов дыхания. Активно применяются расширенные и комбинированные вмешательства на печени, поджелудочной железе, органах малого таза с реконструктивно-пластическим компонентом. Наши хирурги осуществляют реконструктивно-восстановительные операции при всех видах злокачественных новообразований органов головы и шеи, позволяющие восстановить функции глотания, жевания, речи, в том числе имплантации различных видов протезов. Применяется ксенонотерапия – лечение медицинским газом ксеноном для реабилитации онкологических больных после оперативного, лучевого лечения и химиотерапии.

5.JPG

   – Какие направления научных исследований, прежде всего экспериментальных, являются приоритетными для Ростовского онкоинститута?

   - В наших научных отделах и экспериментальных лабораториях ведутся фундаментальные и клинические исследования. Три года у нас успешно работает лаборатория молекулярной онкологии, оснащенная первоклассной аппаратурой для постановки диагноза, определения прогноза и изучения поведения опухоли. В экспериментальных лабораториях в тесном взаимодействии с клиническими подразделениями изучается опухолевый геном, экспрессия генов, их активность,  циркулирующие опухолевые клетки. У нас работает один из лучших вивариев в стране. Разрабатывается сопроводительная терапия, магнитная и терапия биомагнитными веществами, которая помогает больным лучше переносить специальные виды лечения.

     – Можно констатировать, что на базе института активно ведется научно-образовательная деятельность. Форумы, конференции с международным участием проходят один за другим…

 
    - Чтобы внедрить какой-то новый метод, нужно сначала оценить, не применяется ли что-нибудь подобное в других лечебных учреждениях. Именно поэтому наши врачи такие частые гости  в клиниках России и за рубежом. А к нам приезжают коллеги из регионов, потому что изобретать велосипед, дело – бесперспективное. Врачи РНИОИ сотрудничают со многими отечественными и зарубежными лечебными учреждениями, занимающимися онкологией. Клиники в США, Южной Корее, конечно, мы посещаем и целый ряд европейских клиник, где смотрим, изучаем те или иные виды лечения. Планируем в последующем внедрить в практику. Но этому предшествует детальный анализ, проработка того, что в итоге даст внедрение технологии. Это касается и радиологической службы, и химиотерапии, и хирургии.

      Мы используем и возможности интернет – технологий. В декабре прошла научно-практическая конференция «Фундаментальные научные и прикладные аспекты активационной терапии в онкологии». В ней приняли участие в формате skype-докладов ученые из Великобритании и США.

    - «Медицинская газета» поздравляет вас с присуждением премии в области науки и техники Правительства РФ. Было ли для вас неожиданным столь высокое признание?

   - Спасибо большое. Но это не только мой вклад в науку. Наш институт по праву признается одним из ведущих онкологических учреждений нашей страны. Это мощный и отлично оснащенный, с огромным научным потенциалом центр. Я горжусь тем, что возглавляю такой институт.

Автор - Алексей Папырин

Фото - Виктор Иващенко

Номер газеты от 20.01.17 скачать

С текстом публикации также можно ознакомиться на сайте издания www.mgzt.ru

Вернуться к списку «Новости и события»

Поделиться
VK
OK
MR
GP
WA
VB
TG